Поверхностному блеску всего нового, предпочту глубокую тень старины.



У меня есть дача. Небольшой домик и участок – обычная такая дача. Но это неважно... Написать хотелось совсем про другое: там, недалеко от дачи, есть заброшенный дом. Почерневший от времени, прогнивший до основания, всеми заброшенный много лет назад, но бывший когда-то жилым, ДОМ. Мне нравится заходить внутрь. 1979 застыл на календаре, вместе с рекламой продукции давно развалившегося завода «Монолит». По полу разбросаны сломанные куклы, из узких разбитых окон робко падает свет, создавая вокруг ту ещё картинку. Лучшей декорации к фильму «Проклятье» не найти. Воздух, затхлый и тяжёлый, не без труда проникает в лёгкие. Кажется, что этот воздух остался тут с далёкого семьдесят девятого, а за прошедшее время он крепко пропитался бедами и неудачами ушедшего поколения. Дом напоминает мне сломанную машину времени… Останься он невредимым, я бы сказал, что машина работает. А когда смотришь на старательные труды десятков лет, то понимаешь – она сломана. Но… если закрыть глаза… и хорошенько постараться… то, на какое-то мгновение, можно перенестись в прошлое… услышать радостные крики игравших когда-то в этом доме детей… голос матери, зовущей всех к столу… увидеть дом со стороны крепким и красивым, нетронутым годами. Какая же это всё-таки сила – время. Оно разрушает одно и создаёт новое. Иногда мне кажется, что лет через двадцать внутри я стану походить на этот заброшенный и разваленный дом. Если так и не добьюсь… не достигну своей цели.



Да-да, у меня снова есть цель. Вчера появилась. Вчера я впервые за долгое время вспомнил про неё. После длительной прогулки под непрекращающимся дождём, я пришёл домой и стал думать. Мои друзья говорят, что думаю я слишком много, мол, нельзя так. Нельзя, можно – чушь какая… И нашёл её.



Я обнаружил в своей голове старый ящик. Конечно, не такой старый, как тот дом. Ему лет пять, наверное. Доски ящика ещё крепкие, почти не прогнили. Немного паутины, но это ничего. Самое удивительное – крышка ящика была открыта, хотя я точно помню, как приколачивал её громадными гвоздями. Медленно открываю… а там лежит Цель. Цель всей жизни, давно забытая и покинутая, но ни капли не изменившаяся Цель Всей Моей Жизни. Я достал её из тесного плена и крепко обнял; постараюсь не отпускать больше. Трудно поверить, что так долго мог жить без неё. Не знаю, изменится ли теперь моя жизнь, но я чувствую, как мысли в голове стали перестраиваться, как всё закипело, задвигалось в моём теле. Я больше не фарфоровая кукла. Я снова живой. Живой…

Заметит ли кто-нибудь? НЕТ. Изменится ли в корне моё поведение? Снова нет. Это ни к чему.



Графитовый стержень у меня внутри стал алмазным и не найдётся той силы теперь, которая может его сломать.