В детстве мы с друзьями, вооружившись игрушечными автоматами, бегали по заброшенным стройкам и думали, что на настоящей войне всё куда интересней. Как-то раз я нашёл у отца пистолет Макарова и долго-долго рассматривал его, наслаждался тяжестью настоящего оружия. Здорово же мне потом влетело…
Моему двоюродному брату на тот момент было как раз лет 19. И он как раз вылетел из института. В армию загребли моментально. Сначала учебка, потом настал день, в который роту посадили в самолёт, а после приземления всем сообщили, где они, зачем и какова боевая задача. Не думаю, что брату хотелось воевать, но что поделаешь. Его жизнь преломилась, как солнечный лучик в прозрачной воде, и потекла совершенно по иному руслу.
После того, как брата отправили в Чечню, вестей от него не было абсолютно никаких. Меж тем, тянулись дни, недели и долгие месяцы ожидания. В военкомате заявили: «пропал без вести». Однако когда умерла его мать, брата нашли быстро. Дело в том, что в те времена по российским новостям могли запросто показывать средь бела дня обезображенные тела солдат. Скорее всего, моя тётя не пропустила ни одного выпуска. Сначала у неё поехала крыша: в каждом трупе, увиденном по телевизору, она видела своего сына. Тётя так и умерла, не дождавшись его с войны. Моя мама осталась без сестры.
Брат потом рассказывал, как его вызвал к себе командир, налил стакан водки и приказал выпить. Так и сказал: «Пей. Это приказ». Когда брат выпил, командир добавил: «У тебя мать умерла. Самолёта пока нет. Сейчас ложись спать, а завтра ты летишь домой».
Война для брата закончилась также внезапно, как началась.
С боевым ранением, награждённый бесполезной медалью, он вернулся домой. На похороны своей мамы опоздал.
Брат никогда не любил рассказывать о войне. Я особо и не спрашивал. Это моя мама – мастер совать нос не в своё дело. Стоило спросить брата о войне, как он надолго погружался в тягостное молчание, от которого тут же становилось неловко.
- А людей… приходилось убивать? – прозвучал однажды очередной глупый вопрос моей мамы.
- Если бы я не убивал, убили бы меня, - неожиданно ответил брат.
Вместо эпилога